ОРИГЕН И ЛИБЕРАЛИЗМ В ЦЕРКВИ.

 

Свой главный труд он назвал «О началах». Богословие и ереси могут найти там свое. Святые отцы пользовались творениями Оригена так же, как языче­ской философией и терминологией, — с большой осторожностью, перелагая, исправляя и воцерковляя их. Они взяли у Оригена все, что можно было взять для богословия, — остался один духовный яд. Оригенизм никогда не был при­нят или даже терпим в Церкви. Концепции Оригена, отвергнутые святыми отцами уже в доникейский период и осужденные на нескольких поместных соборах, были окончательно и навечно преданы проклятию самой высокой ин­станцией — V Вселенским Собором, который произнес анафему не только на оригенизм, но и на самого ересиарха.

Осуждение Оригена нашло отражение в церковной гимнографии. Напри­мер, в тропаре святому Мефодию Патарскому (отец III столетия) есть слова «Оригенову посрамил еси лесть», то есть опроверг лжеучение Оригена.

В послании святого императора Иустиниана к Константинопольскому па­триарху Мине, представляющему собой эдикт, содержится подробный пере­чень ошибок и заблуждений Оригена, большая часть которых заимствована у платоников и других языческих философов.

В чем главное зло оригенизма, из-за которого Церковь пожертвовала боль­шей частью его произведений, подобно тому как сжигают дом, где умерли больные чумой, чтобы оттуда не распространилась зараза? Почему Ориген оказался злым гением Церкви? Главным образом потому, что он ввел в свое богословие языческое учение о циклах и апокатастасисе (всеобщее возвра­щение в первоначальное состояние). Он исказил христианское понятие о веч­ности как качественно новой форме бытия, где исчезает само время, заменив вечность бесконечными циклами, в которых конец равен началу, а в начале предрешен конец. По Оригену, мы живем только в одном из таких циклов. Что было до генеалогии Моисея и что будет после эсхатологии Иоанна — в преды­дущих и последующих циклах, — неизвестно.

 

Замкнутая цикличность времени вообще характерна для язычества («Год Платона», «День Брамы» и т.д.). В мифе время обращено вспять. В циклично­сти как принципе бытия соединены две идеи, несовместимые с христианством: всеобщее спасение как обязательное возвращение творения к своему началу и вместе с тем — всеобщая погибель: так как вечности нет, цикл замкнулся и космос исчез, растаяв без остатка. Промежуток между циклами — это не веч­ность, а пауза или вакуум, где отсутствуют материя, пространство и время. Ориген несколько реформировал языческое понятие циклов, оставив общую схему. По Оригену, Бог в умопредставляемом начале, совечном Богу, творит определенное число духов, так как сама божественная сила ограничена и большее число существ Бог не мог бы объять Своим Промыслом. Параллельно с этим Бог заготовляет материю, из которой потом творит миры; духовные соз­дания совечны Богу. Их состояние можно назвать «хрупким блаженством», которое прерывается грехопадением. Те существа, которые согрешили, посы­лаются для наказания и исправления в материальные тела. Те, которые очи­стились от греха, возвращаются к Богу, но у них остается возможность падать опять, и поэтому одна и та же душа неоднократно посылается в различные тела. В конце цикла все творение возвращается к Богу и заканчивается апока- тастасис. Надо сказать, что Ориген не только говорил о возможности спасения демонов, но даже выражал мысль, что Христос распнется за демонов. Ориген учил о множестве миров, которые были, есть и будут: мы живем в одном из ми­ров и в одном из циклов, об остальных нам неизвестно. Ориген ввел принцип субординации в учении о Святой Троице, похожий на эманационные ступени платоников: Отец больше Сына, Сын больше Духа Святого. По Оригену, Дух Святой не может познать Сына, а Сын — познать Отца. Сын и Дух сотворе­ны Отцом и по отношению к Нему являются творениями. Человеческие души стоят ниже Духа Святого, а человек по принципу и подобию относится к Сыну так же, как Сын относится к Отцу.