пещера. 55

То были касимовцы из хоругви Петра, сына Арслана Урусова, до Святого Крещения — Урака бин Джан-Арслана, иже и зарубит Тушинского вора Дмитрея два с гаком года погодя...

пещера. 54

Прошло еще время — и вдруг подошел к нему сам есаул купно с Рах- метом. Новый вопрос был внезапен — иной бы остолбенел:

пещера. 53

    Не балуй, Илюха! — бросил в левый ус старшой.

пещера. 52

    Серке что сделали? — первое со страхом вспомнил Тарас.

    Сам зови, сядай, — сказал Рахмет.

Тарас уразумел, что Серка так и не далась татарам, а им жаль было до­канывать своих бахметов и стыдно, а под аркан Серка себя не даст. Жизнь налаживалась.

победа. 8

Дурак ты, ничего не кончаю. Просто мне работать нравится. Это, кстати, нормально.

  Неа, не нормально. Нормально — жрать, пить, трахаться. Вот это — нормально. А рабо­тать надо по минимуму.

победа. 7

Понятно, пришел на полчаса, с горки скатился, на качелях покачался, и все, пора. Мама подхва­тывает сумки, побежали дальше.

   Мих, поди сюда.

победа. 6

Смутилась.

   Ну, ты что. Не надо было. Спасибо. Про­ходи, а то через порог. Неудобно.

   Нет, я не смогу остаться. С компом не ре­шила ничего?

    Нет, ты же сказал.

   Да, давай на неделе заскочу, в пятницу, лады?

победа. 5

Густо покраснела. Смотрит беспомощно. Ну, мадам, извините.

   Вот эти покажите, — тыкаю пальцем в мо­дели.

Продавец послушно достает.

победа. 4

   Ну, я ей так и сказала, что вряд ли.

  Понятно. Ир, извини, мне тут еще пару пи­сем отправить надо.

   Хорошо. Миша, купаться пойдем!

Спать решил лечь пораньше.

победа. 3

    Ладно, извини, что побеспокоила.

   Да нисколько не побеспокоила. Я тебя позже наберу. У тебя, кстати, сотовый не поме­нялся? Я сейчас звонил — дочка трубку взяла.

победа. 2

   Да, тачки у них хорошие.

Не, на самом деле и тачки фигня. Вот у ме­ня мечта есть.

   Какая?

Победа. 1

Но Леху это не волнует. Захожу к нему — уже на месте. Глаза от монитора поднял, кивнул и обратно уткнулся. Кнопка мыши беспрерывно щелкает. Подхожу ближе, ну, так и есть. Ка­кое-то рубилово. Герой на мониторе, здоровен­ный детина в доспехах сверху и набедренной повязке снизу, беззвучно и отчаянно размахива­ет мечом. Мочит шипастую многоголовую тварь. Рядом, в болоте, пузырики зеленые лопа­ются.

ты знаешь. 8

    Сорри, Розалия, я вынужден был его у тебя забрать, — сообщил я. — Только что опорожнил его в унитаз и выбросил в вентиляционное окошко. Послушай, зайка... И брось бутыл­ку... Я сделал это ради нашего блага. — Уклонившись от удара, я схватил Розалию за запястья. — Я этой женщине верю. Кни­ги у нее нет. Она нас одурачила, чтобы мы нашли ее племян­ницу, а точнее — внебрачную дочь. Перед нами Анетка, дочка Алины, внучка Анели. Я не ошибся, пани Пофигель?

ты знаешь. 7

— Какое удачное совпадение, — пробормотала Розалия.

Я же начал подозревать, что мы, как дети, позволили за­манить себя в ловушку. Однако вслух ничего не сказал, зная, что у меня всегда возникает такое ощущение в элитных по­селках и что это проявление скорее моей социальной неадап- тивности, нежели исправно работающей интуиции.

ты знаешь. 6

    Это что... сыворотка правды? — спросила Алина, дрожа как осиновый лист.

    В некотором роде. Это экстракт из общественного туа­лета, — ответила Розалия и поднесла шприц к неподвижной ноге Алины чуть выше места, где заканчивался гипс.

    Ладно-ладно, согласна! Я отдам книгу! — простонала Алина. — Только сперва разыщите Анетку!

ты знаешь. 5

Открыв глаза, я обнаружил, что ее мольбы адресованы не кому-нибудь, а Розалии — в ее истинном и обманчиво обая­тельном обличье.

     Сейчас я вам помогу! — мстительно проговорила Роза­лия, усаживаясь в машину.

   Это вы? — ахнула Алина.

ты знаешь. 4

   Я переспала с мастером, — пояснила она.

Я был слишком потрясен, чтобы уточнять, издевается она или говорит правду.

ты знаешь. 3

   Какую книгу?! — охнула Алина.

   Все понятно: дурочку строит. Обыщи ее койку и манатки.

Я обыскал. Единственной находкой была горстка пилюль

в наволочке. При виде их какая-то мысль промелькнула у ме­ня в голове, как метеорит, чтобы тут же погаснуть во мраке забвения.

ты знаешь. 2

 


  Да-да! — воскликнула она с энтузиазмом.

Подпись: [188] ИЛ 1/2018Но не успел я изложить свой план — и хорошо, потому что у меня его еще не было, — как в дверях возникло замешатель­ство. В палату пыталась войти санитарка, женщина с внешно­стью и комплекцией сахарной свеклы. На голове у нее были седые космы, на лице — медицинская маска, а перед собой она катила кресло на колесиках. Ее попытки были восприня­ты с ледяным равнодушием. Только два или три человека, ко­торых она попыталась убрать с дороги, сообщили простыми крепкими словами, что в часы посещений она не имеет пра­ва забирать больных на обследования, потому как выделен­ное для родственников время священно.

ты знаешь. 1

    Ну да. Конечно. Но я... Понятия не имею. Я знала только, что не могу рисковать. Анетка любит нарываться на неприят­ности. У нее странные друзья. Я подумала, что, может, это нар­команы какие-то. Что им хватит пары грошей... Ох, не знаю я, что я думала. Сошла с автобуса и поймала такси — у меня ведь было мало времени. Ну и там был такой дом, такая развалюха, что аж войти страшно.

мое уважение. 8

Там ждал меня Вовка, прозванный Опытным Карандасосиком, мой самый верный и первый друг.

мое уважение. 6

Пришли мы как-то с Юркой в учительскую общагу. Зашли в одну из комнат, он меня позна­комил — Мариша. Потом говорит — подожди, я скоро. И ушел. А я остался. Как будто всегда там был. Может, они с Юркой договорились? И не помогал ли он мне, чтобы себя оправдать? И кто знает, не спит ли он сейчас с Маришей, столь хитроумной комбинацией унизив и ее, и меня. Да и вызов за границу на мне, как на кро­лике, решил проверить.

мое уважение. 7

Сашкино суденышко списали полгода назад, никак на гвозди не продадут. И сидит Адмирал в своей боцманской каюте и пьет самогон, про­пивая все, что можно пропить. Скоро и на гвоз­ди нечего будет отправлять. А выпив, грозится увести судно в море. А что будет в море... и в Ав­стралии, мы не думаем, говорим, перебивая друг друга, пока не настанет пора идти за самогоном.

мое уважение. 5

Город неловко так примостился, притулился к подножию сопки. Не было бы его — какой простор вокруг: сопки, океан да тундра. Мед­ленно опускается на город пепел из соседней сопки-вулкана, которую уже ни на что не год­ной считали. А тут неделю назад озарилось небо розовым закатом, из вулкана поползла лава, а с небес стал медленно падать пепел. Народ по­проворнее улетел, давя друг друга в аэропорту, и город почти опустел, никому ни до помоек нет дела, ни до того, что я уже два месяца слоняюсь на берегу и в море не иду. Да и идти-то не на чем. В гавани суда на приколе, на плавбазах ры­ба тухнет, принимать некому.