"Свинопас" (Г.-Х. Андерсен)

рекомендуем сервис

Пришло, так сказать,  осознание одиночества, пришло время любить. В трёх верстах от бора находилась усадьба местного авторитета по прозвищу «Олигарх», у которого была дочь Ачоль.  Ей то он и отослал  лиловенький тюльпан с разговорчивым Попугаем. Они были в двух чёрных ящиках. Велел Олигарх принести чёрные ящики к себе в актовый зал — Ачоль играла  там в «Что? Где? Почём? со своими подружками. Увидела  любопытная Ачоль ящики с подарками, запрыгала от радости. — Что же  там в чёрных ящиках, какие такие секретные материалы. Лучшие друзья девушки - это бриллианты! -размечталась она. Но появился лиловенький тюльпан. — Сделано довольно мило! — сказали подружки. — Не столько мило, - заикнулся Олигарх,— сколько оригинально! Но Ачоль тронула лиловенький тюльпан и зарыдала. — Хай, папик! Он невиртуал, он натурал. — Хай! —  запричитали подружки-лесбиянки. — Натурал! — Не будем торопиться с неправильными оценками! Бросим свой взгляд в другой чёрный ящик! — заметил пресловутый Олигарх. Из чёрного ящика тут-же выпорхнул перепуганный Попугай, и как мультяшный Кеша, стал нести всякую хрень. Сначала все слушали даже благожелательно. Super! Exclusive! (Шик! Блеск! (англ.))  заверищали  подружки; изъяснялись они по-аглицки с нижегородским акцентом. — Надеюсь, попугай не натурал? — спросила Ачоль. Натурал, да ещё как! — ответили засланцы, которые доставили подарки. Пусть совершает свой улёт, сказала Ачоль и отказала мистеру Грину. Однако, этот Грин был борзый и крутой. Грин сделал грим, вымазав морду ваксой, сделал готические татуировки,  и позвонил в звонок над дверью.  Hello, кореш! — поздоровался он с Олигархом. —  Найдётся  у тебя в особняке местечко для такого орла, как я? - Сейчас, к сожалению у меня в усадьбе много сирийских беженцев, конкуренция зашкаливает! - осадил его Олигарх. -Хотя, стой. Нужен мне работник: повар, скотник, плотник! Короче - есть вакансия свинопаса! Ты как относишься к свиньям? - Свинину я люблю. - Вот и славно!  И стал Грин пасти свиней у Олигарха, вести неприхотливую пасторальную жизнь. Жил он в шалаше и играл на волшебной флейте. После работы он сделал кувшин, увешанный бубенцами. Прикол в том, что когда в нём что-то варилось, они названивали популярную песню про Августина, которую исполняет Валерий Леонтьев, а так же если наклонится над парующим кувшином, можно не только вылечить горло, но и узнать, что у кого готовится в селении. Разумеется, это было круче, чем лиловенький тюльпанишко. Как-то раз делала Ачоль моцион со своими подружками и услышала мелодию, которую названивали бубенцы. Она остановилась как закопанная, так как была, однако,  фанаткой  Леонтьева, и в караоке пела его песню про любовь югославского солдата и английского матроса! — Свинопас-то оказывается специалист дипломированный. Слушай, Ванда - обратилась она к одной из. Пойди и спроси - Сколько бабок он просит за свой бубен. Для встречи со cвинопасом Ванда надела чёрные чулки,  ботфорты на шпильке и взяла хлыст. — Что берёшь за свой горшок? -захрипела она. — Девять шалабанов Ачоль! - взвизгнул свинопас.- Охренел, что-ль! - Никак нет! — отрезал свинопас. — Ну, что сказал этот хмырь? — захотела узнать красотка Ачоль. - На это я пойтить не могу! — промычала подруга. – Это просто жесть! -Дунь в ухо! И подружка кивнула и, собравшись с духом, выдохнула.  Однако, сволочь! — задумчиво заметила фанатка Леонтьева. Она сделала несколько нерешительных шагов в сторону, но бубенцы  звякнули снова.— Слышь, подруга, выручай – стала молить  она Ванду, - может с него хватит девять твоих шлепков? - Дудки! — заартачился свинопас. —  Девять шалабанов Ачоль, или кувшинчик останется со мной. — Вот сука! – заметила Ачоль.- Ладно, чтобы никто не застукал, окружите меня живой изгородью.  Стали подруженьки-красавицы водить хоровод, и свинопас получил, свои девять тумаков от Ачоль, а ей- долгожданный кувшинчик. Интернет отдыхал! В этот вечер его с успехом заменил волшебный кувшинчик. Он гордо стоял на огне и с радостным шипением выдавал кто  в селении что ест. Не было ни одного дома, о котором бы хлебосольная Ачоль не знала, что там вечеряют. Подружки-стриптизёрши  хлопали в ладошки по ляжкам и плясали Ламбаду. — Знаем, знаем, у кого сегодня борщ и блины! Знаем, знаем у кого плов и барбекю! Ачоль, очнувшись, предупредила девичью свиту - Только никому ни-ни, ведь я дочь Олигарха! - Могила! — пообещали товарки.  А свинопас — то есть Грин, не теряя времени даром,  смастерил синтезатор. Стал играть джаз, поп и рок, перемежая всё традиционными вальсами да польками. Короче, импровизировал и аранжировал все мелодии и ритмы зарубежной эстрады. — Super-БЕ…! - прошептала Ачоль, двигаясь в медленном вальсе мимо. —  Клёво! - Эммануэль, спроси, что он возьмёт за такой синтезатор. Только бить его я  не буду! — Он требует сто твоих тумаков - О, Ачоль! - томно промямлила Эммануэль, исходя от свинопаса и поправляя на ходу пожомканную мини-юбку. - Так он оказывается ещё и Леопольд! - объявила свою литературную эрудицию  Ачоль, и пройдя шаг влево, два шага вправо, остановилась. — Искусство принадлежит народу и его необходимо поощрить! — заявила, как с трибуны, дочь Олигарха. Скажите ему, я согласна дать девять тумаков, как вчера, а остальные пускай скосячит с подруг! - А мы его не хотим! — запротестовали почему-то подружки-нимфоманки. -Что за вздор вы несёте! — вспыхнула неукротимая  Ачоль. — Уж если я, такая скромница и смоковница могу дать ему пинка, то вы и подавно! Вы похоже стали забывать, что я кормлю и пою вас, что все вы на содержании у моего папика! Пришлось очередной Лолите еще раз сходить к свинопасу. — Сто тумачков Ачоль! – отчеканил  тот. — А не хочет — каждому хватит  своих. — Станьте девки, станьте в круг, шире, шире, шире круг! – неожиданно запела сладострастная  Ачоль, и подруги обступили её и её свинопаса. —  Что там ещё за манифестация у свинарника? — задал конкретный вопрос Олигарх своим телохранителям, выйдя на лоджию. Он вытер глаза носовым платком и посмотрел в прибор ночного видения. - Похоже эти бл… опять что-то затевают! Пойду-ка  я взгляну исподлобья. Спустился Олигарх вниз, по-пластунски подобрался к девкам, а те тем временем подчитывают тумаки: ведь всё должно быть, как в аптеке. Поэтому никто и не узнал Олигарха, а тот встал во весь рост да как рявкнет -Что тут происходит? - Наконец прищурился  и разобрал, что его единственная дочь Ачоль лупит ногами его же верного  свинопаса. Сняв с левой ноги увесистый большой белый башмак, он делает им великолепный снайперский бросок! Случилось это в ту минуту, когда свинопас получал свой семьдесят седьмой тумак. — Хенда хох! ( Ачоль он называл иногда Хендой, как свою машину!) — в ярости заревел Олигарх и велел своим телохранителям-качкам выбросить Ачоль  с свинопасом за пределы своего содружества территорий. Заплакала навзрыд  Ачоль, интеллигентный свинопас впервые матернулся, а дождь, запевала-дождь, лил, да лил. - Горе мне, горе. Ах, горе-не беда! -декламирует Ачоль. Вышла б замуж за этого смышлёныша Грина -золотые ручки! Ах я, недоумённая!.. А свинопас зашел под дерево, сделал свои дела  — и вот перед ней уже Грин, да такой пригожий, что Ачоль  присела, как от детской неожиданности. - А вот теперь, каждый сам за себя! — выдал он свой вердикт. — Ты игнорировала меня,  приличного  да честного. Ты не удивилась ни моему  эрудированному Попугаю, ни единственному в своём роде лиловенькому тюльпану, зато так сильно лупцевала меня, что уже не было никакого удовольствия. Поделом тебе! Грин пошёл  в свой зелёный бор – зарылся и затаился. А Ачоль в сердцах пошла на «Голос», но не прошла даже отборочный тур. Теперь на подпевке у Леонтьева.