Эрман Банюльс. 10

 

Почти целый час я открывал им шкафы и выдвигал ящи­ки, куда складывал вещи, которые Марк постоянно раскиды­вал. Ничего, что указывало бы на таинственную китайскую невесту.

   Может, в загородном доме? — предположил Люка.

Я отрицательно покачал головой. Жажа рвала все бумаги, что попадались ей под руку с тех пор, как по требованию бра­та Марка над ней был установлен надзор. Поэтому в Шеврёзе документов не держали. К 'Тому же Марк никогда не вел запи­сей: вся его жизнь вмещалась в смартфоне, который сгорел вместе с ним на въезде в туннель Сен-Клу.

И ты не сохранил копию? — возмутился Жан-Клод. — О чем ты думал, Бани?

Я напомнил ему спокойно, но твердо, что в моем ведении было три его дома, тринадцать авто, его карьера, счета, пере­езды, а кроме того, его мать. Каждую неделю я копировал со­держимое его еженедельника и его контакты в макбуке, но он тоже сгорел в “ягуаре”.

А сделать еще одну копию и хранить ее отдельно ты не догадался?

   Да иди ты к черту!

Успокойтесь, мальчики, — сказала Марлен. — Проблема не в этом.


Она была права. Со вчерашнего вечера нас преследовала неотвязная мысль: почему он скрыл от нас существование этой женщины и как ему удалось утаить приготовления к свадьбе? Неужели он так точно предвидел наше негодование, что нашел единственный верный способ помешать нам ис­портить его замысел, а именно: припереть нас к стенке, оста­вив время лишь на покупку праздничного прикида и свадеб­ных подарков?

  Получается, — продолжал Жан-Клод, Немного смягчив­шись, — если организацию свадьбы он доверил не тебе, то ос­тается только Абдель.

Я бросился к Телефону и позвонил в Вильфранш-сюр- Мер. Мажордом снял трубку после второго гудка.

Загородный Дом мадам Кеслер, слушаю вас.